3.1. Обладатель цифровой информации

Определение участников цифровых правоотношений следует начать с положений акта, обладающего высшей юридической силой в системе источников информационного права — с Конституции Российской Федерации.

Различным аспектам информационных отношений в Конституции посвящена далеко не одна статья (см. ст. 23, 29, 33, 44, п. «и» статьи 71), при этом определяющее значение для статуса носителей цифровых прав имеет часть 4 статьи 29. Согласно ей каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом. Содержанию информационных прав  посвящен четвертый модуль курса. А сейчас в приведенной формулировке нас может заинтересовать использование характеристики «каждый» применительно к лицу, которое обладает цифровыми права.

По смыслу Конституции, «каждый» – это не только физическое лицо – человек, выступающий в статусе гражданина, иностранного гражданина или лица без гражданства, это и коллективы — Российская Федерация, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования, юридические лица. Закон об информации обеспечивает единый подход к определению правовых возможностей субъектов, различных по своей природе и фактическим возможностям. Он реализован в законе в статусе обладателя информации.

Согласно статье 6 Федерального закона об информации обладатель информации – это лицо, самостоятельно создавшее информацию либо получившее на основании закона или договора право разрешать или ограничивать доступ к информации. Перечень прав обладателя информации открыт. Важнейшие из них перечислены в законе об информации:

1) разрешать или ограничивать доступ к информации, определять порядок и условия такого доступа;

2) использовать информацию, в том числе распространять ее, по своему усмотрению;

3) передавать информацию другим лицам по договору или на ином установленном законом основании;

4) защищать установленными законом способами свои права в случае незаконного получения информации или ее незаконного использования иными лицами.

Обладатель информации при осуществлении своих прав обязан:

1) соблюдать права и законные интересы иных лиц;

2) принимать меры по защите информации;

3) ограничивать доступ к информации, если такая обязанность установлена федеральными законами.

Большой объем прав обладателя информации определяется целью, которую преследовал законодатель вводя это понятие. Она состоит в описании статуса лица, правомочного решать вопрос о доступе к информации других лиц. Прослеживается очевидная аналогия с гражданско-правовыми категориями «собственник» или «титульный владелец», но с учетом особенностей информации как нематериального объекта. Как уже отмечалось, особенность цифровой информации состоит в ее нематериальности и неисчерпаемости. Эти свойства позволяет многим людям одновременно иметь доступ к одной и той же информации. При этом потребленная информация никуда не исчезает и может быть потреблена вновь другими людьми. Материальный мир существует по другим правилам — там объектом отношений является индивидуально определенная вещь, владелец которой физически контролирует ее и вправе требовать чтобы никто другой не претендовал на обладание ей. Владение как физическое держание — неотъемлемый элемент российской модели права собственности, в которую, как видим, информация не вписывается. Поэтому законодатель был вынужден вместо права собственности на информацию сформировать другую юридическую категорию — обладание информацией и определить обладателя информации как субъекта, осуществляющего наибольший объем информационных прав и обязанностей в отношении цифрового объекта. 

В связи с неисчерпаемостью цифровой информации возникает также вопрос — как быть в случае, когда доступ к одной и той же информации имеют многие люди? Означает ли наличие у конкретного лица фактического доступа к информации, что оно тоже признается ее обладателем и вправе совершать в отношении нее всю полноту информационных прав? В частности, использовать или передавать другим лицам?

В особенности это касается цифровой информации, которая обычно используется как элемент информационной системы. Например, доступ к сообщению, переданному с помощью общедоступного сервиса электронной почты есть не только у отправителя и получателя, но и у оператора почтового сервиса. Администраторы современных мессенджеров также имеют фактический доступ к переписке пользователей, хоть обычно и зашифрованной. В облачных сервисах может храниться буквально все содержимое вашего мобильного устройства и их администраторы, по крайне мере теоретически, имеют техническую возможность доступа к пользовательской информации. В 2021 году большой резонанс вызвала инициатива Apple по фильтрации изображений, загружаемых пользователями в iCloud, для предотвращения распространения детской порнографии. В результате общественного давления Apple была вынуждена отказаться от этой идеи, но возможность контроля компании за пользовательским контентом была продемонстрирована весьма убедительно.          

Судебная практика дает отрицательный ответ [2]оператор информационной системы не вправе самостоятельно разрешать или ограничивать доступ к информации, которая передается с его участием. Фактический доступ к информации сам по себе не наделяет лицо правами обладателя информации. Причем оператор не может получить такое право даже если оно будет передано в соответствии с пользовательским соглашением. Обязанность обрабатывать и хранить информацию не предполагает право разрешать или ограничивать доступ к этой информации, принадлежащее ее обладателю, которым в данном случае выступает отправитель электронного сообщения, пользователь мессенджера или облачного сервиса.

[1] Постановление Конституционного Суда РФ от 18.07.2012 № 19-П “По делу о проверке конституционности части 1 статьи 1, части 1 статьи 2 и статьи 3 Федерального закона «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» в связи с запросом Законодательного Собрания Ростовской области» // Собрание законодательства РФ. — 2012. — 30 июля. — № 31. — Ст. 4470.

[2] См. Постановление Конституционного Суда РФ от 26.10.2017 № 25-П «По делу о проверке конституционности пункта 5 статьи 2 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» в связи с жалобой гражданина А.И. Сушкова» // Собрание законодательства РФ. — 2017. — 6 ноября. — № 45. — Ст. 6735.